18 июля 2019 09:00

Инфляция: ожидание и реальность

По сообщению Национального банка Республики Казахстан, в июне текущего года инфляция сложилась на уровне 0,2%, а в годовом выражении – 5,4%, что соответствует целевому коридору 4-6% на текущий год. О том, какие показатели и риски главным образом влияют на реальный уровень инфляции, а также об инфляционных ожиданиях на 2019 год, рассказали эксперты.

По словам главного аналитика Halyk Finance Асана Курманбекова, в текущем году основным драйвером роста цен являются продовольственные товары, которые за первое полугодие обеспечили 2,2 процентных пункта в 2,6% инфляции, тогда как непродовольственные товары остались примерно на уровне прошлого года. Вместе с тем государственное администрирование цен на платные услуги, напротив, способствовало замедлению роста цен, отняв 0,3 процентных пункта из инфляции против 0,8 процентных пунктов вклада в рост цен в первом полугодии 2018 года. «В то же время уровень фактической инфляции мог бы быть выше, если бы не регулирование тарифов и обратившаяся вспять корреляция между изменением цен на непродовольственные товары и ослаблением нацвалюты, в результате чего мы наблюдаем парадоксальную ситуацию, когда тенге слабеет, а цены в ответ почти не растут», – говорит аналитик.

Другой эксперт – директор аналитического центра Ассоциации финансистов Казахстана (АФК) Павел Афанасьев – утверждает, что инфляция сама по себе зависит от инфляционных ожиданий, то есть от психологического фактора, который формируется на основании фундаментальных условий. «С точки зрения спроса это относительно устойчивый уровень реальных доходов и потребительский спрос, поддерживаемый в том числе за счет заемных средств, а также фискальные условия (влияние госсектора), в том числе увеличение заработных плат работников бюджетной сферы. С точки зрения предложения это привычные ожидания в отношении удорожания импорта и реализации шоков предложения», – комментирует Афанасьев.

При этом он отмечает, что российский рубль уже давно продается выше 6 тенге, что свидетельствует об удорожании импорта из России. «Факторы спроса в настоящий момент оказывают более ощутимое влияние. Внешние условия в этом году, несмотря на ожидаемое замедление темпов роста мировой экономики (по данным МВФ, рост замедлится с 3,5% до 3,3%), складываются для Казахстана умеренно положительными. Что с учетом базового сценария НБ РК по нефти на уровне $60 может дать определенную свободу действий в части балансирования экспортно-импортных поступлений и платежного баланса», – добавляет он.

Как известно, в марте текущего года премьер-министр Аскар Мамин и председатель Национального банка Ерболат Досаев подписали «Соглашение о координации мер макроэкономической политики на 2019 год», одной из задач определив эффективную денежно-кредитную политику и меры по контролю за инфляцией.

По представлению того же Павла Афанасьева, это соглашение имеет скорее концептуальный характер. «Ключевым условием и результатом указанного соглашения, помимо принципа «не навреди» (например, фискальными стимулами), должен быть возврат к рыночным механизмам финансирования. И тут «мяч» больше на стороне правительства, потому что центральный банк занимается только контролем денежной массы, ставок и обеспечивает стабильность цен имеющимся монетарным инструментарием», – поясняет директор аналитического центра АФК.

Также он считает, что рост бюджетных расходов поддерживает спрос и негативно влияет на инфляцию в условиях ограниченного товарного обеспечения.

«Мы продолжаем жить в условиях регулярной стерилизации избыточной ликвидности. Как факт воспринимается всеми уже более спокойно, но суть от этого не меняется. Нельзя ожидать снижения ставок, когда экономика не может «проглотить» не работающие в ней деньги в таком масштабе (изъятие только по нотам свыше 3 трлн тенге). И со стороны инфляции, и со стороны курса это вызывает опасения на предстоящие годы», – убежден Павел Афанасьев.

Вместе с тем главный аналитик Halyk Finance Асан Курманбеков констатирует по-прежнему существенные проинфляционные риски, которые подкрепляются за счет мощного фискального стимулирования, что в отличие от прошлых лет напрямую затрагивают потребительский рынок (повышение зарплат, пенсий, улучшение доступности жилья, списание просроченных потребительских займов), и обесценения национальной валюты на 14% с прошлого года (средний курс за январь – июнь 2019 г. к январю – июню 2018 г.). «В данном случае возникает вопрос о координации денежно-кредитной политики Нацбанка и бюджетной политики правительства, так как бюджетная политика носит стимулирующий характер, а регулятор сохраняет нейтральные денежно-кредитные условия, при которых отмечается высокий рост потребительского кредитования. Получается, такая тенденция, наоборот, способствует созданию инфляционного давления со стороны спроса, подпитываемого бюджетным стимулированием», – объясняет Асан Курманбеков.

Кроме того, он полагает, что в условиях отсутствия структурных изменений в экономике, высокой доли ненаблюдаемой экономики, высокой доли наличных платежей эффективность мер взаимодействия правительства и Нацбанка РК представляется довольно ограниченной.

Между тем финансовый консультант Расул Рысмамбетов утверждает, что Национальный банк неоднократно указывал на то, что «дешевые» деньги неминуемо приведут к росту инфляции, и предлагал проверить эффективность расходования средств. Однако, по словам финансиста, правительство продолжает запускать программы поддержки бизнеса.

«Национальные компании держат значительные средства на счетах в банках, поэтому им нужен был инструмент для «парковки» таких средств», – говорит Расул Рысмамбетов. В свою очередь Национальный банк выпустил в обращение национальные ноты, для того чтобы банки и другие игроки на рынке могли с минимальным риском разместить свои ресурсы.

По мнению эксперта, риски инфляции главным образом сопряжены с курсом национальной валюты. «Ослабление тенге может быть вызвано не падением цен на нефть, а, вероятнее всего, попыткой правительства стимулировать экономику через повышение госрасходов», – поясняет финансовый консультант. Вместе с тем к внешним рискам он относит решение по процентной ставке Федеральной резервной системы США, а также ситуацию, связанную с внешней торговлей Казахстана, где необходимо держать положительный торговый баланс, чтобы не создавать открытых валютных позиций.

«Например, ФРС под нажимом администрации президента США уже отказалась от дальнейшего повышения процентной ставки, а значит определенный залог стабильности курса у нас есть, – отмечает Расул Рысмамбетов. – К этому же типу рисков относится позиция Европейского центробанка по процентной ставке».

При этом он добавляет, что внешняя торговля и платежный баланс в значительной степени зависят от структуры отечественной экономики и ее возможности ориентироваться на экспорт, заменив импорт.

«Скорее всего, годовая инфляция останется в целевом коридоре, ближе к верхней границе, с небольшим превышением – 5,8-6,1%. Если на нее что-то и повлияет, то это будет пересмотр бюджета в августе-сентябре 2019 года», – заключает финансист.

Назад